Павел Петрович - наследник и император. Часть IV


Анекдоты № 646 от 01.06.2012 г.




По-родственному

Сергей Васильевич Салтыков-младший (1777-1846) в одном из разговоров утверждал, что ныне царствующий император Павел I является сыном его двоюродного деда, тоже Сергея Васильевича Салтыкова (1726-1765).
Павлу, конечно, донесли об этом, он вызвал своего флигель-адъютанта князя Николая Григорьевича Волконского (1778-1845) [позднее наследовавшего фамилию своего деда фельдмаршала Николая Васильевича Репнина (1734-1801)] и сказал ему:
"Вот что болтает Сергей Салтыков. Возьми с собою четырёх солдат и пук розог. Поезжай к нему, скажи, что его следовало бы сослать в Сибирь, но я поступаю с ним по-родственному, по-отечески: высеки его как можно больнее и приезжай доложить мне".
Так оно и было исполнено, по-родственному.

Славный голос

Летом император Павел обычно жил в Гатчине в довольно скромном и небольшом дворце. Обедал он довольно рано, а после обеда любил отдохнуть в большом кресле напротив распахнутых на балкон дверей. Гатчина на это время замирала, движение экипажей и телег полностью прекращалось, а за тишиной следили специально выставленные на ведущих ко дворцу улицах солдаты.
Однажды паж Яхонтов [в будущем – генерал Александр Андреевич Яхонтов (1786-1862)] шёл во дворец как раз во время отдыха императора. Он вскочил на простенок, прижал своё лицо к окну и стал раскланиваться со знакомыми девицами и корчить им рожи. Те давились от смеха и показывали Яхонтову знаками, что император спит. Но на пажа что-то нашло в этот день: он спрыгнул со стены и прокричал во всю мочь сигнал:
"Слушай!"
Потом Яхонтов убежал, а во дворце начался страшный переполох. Павел вскочил, позвонил и велел выяснить:
"Кто кричал “слушай”?"
Сбежался весь караул, ищут виновного, а его нет.
Императора же разобрало нетерпение, он всё время звонит и требует найти кричавшего. Комендант в страхе повалился на колени перед солдатами и стал умолять кого-нибудь из них взять всю вину на себя, мол, виновного потом отстоят, ведь император – добрый.
Наконец один гвардеец согласился взять вину на себя. Императору тут же донесли, что нашли виновного, и Павел успокоился. Он сел в своё кресло и велел привести солдата. Гвардеец вошёл по всем правилам и вытянулся перед императором. Тот спросил:
"Ты кричал “слушай”?"
Гвардеец смело отвечает:
"Я кричал, Ваше Императорское Величество!"
И тут Павел к всеобщему удивлению неожиданно произносит:
"Какой у него славный голос! В унтер-офицеры его, и сто рублей за потеху".


Жадный Кутайсов

Во время коронационных торжеств Павел не скупился на раздачу имений, чинов и орденов.
Зная доброту императора, Иван Павлович Кутайсов (1759-1834), любимец Павла, уже получивший чин статского советника, попросил у государя ещё орден Анны 2-ой степени.
Павел разгневался, выгнал Кутайсова и, придя к императрице, объявил, что Кутайсов уволен за своё бесстыдство.
С большим трудом лишь фрейлине Екатерине Ивановне Нелидовой (1756-1839) удалось уговорить Павла простить Кутайсова.

Слишком старательный губернатор

Николай Петрович Архаров (1742-1814) пострадал за своё чрезмерное желание угодить императору Павлу. Он был назначен генерал-губернатором Петербурга, и во время коронации награждён двумя тысячами душ.
После коронации Павел возвращался через Прибалтику, а Архаров поспешил в Петербург, где сразу же велел всем обывателям выкрасить ворота своих домов и даже садовых заборов в чёрно-оранжево-белую полоску, как казённые шлагбаумы. Приказ надо было выполнять немедленно, чтобы успеть всё закончить к приезду императора. Обыватели стали возмущаться, маляры тут же взвинтили цены на свои услуги, но делать нечего.
Возвратившийся Павел был очень удивлён увиденной картиной и поинтересовался:
"Что означает эта странная фантазия?"
Павлу объяснили, что полиция принудила обывателей безотлагательно исполнить волю их монарха.
Император рассердился и закричал:
"Так что ж, я дураком что ли стал, чтобы отдавать такие повеления!"
И недавний любимец Архаров вместе с младшим братом Иваном (1744-1815) был немедленно сослан в своё имение Рассказово Тамбовской губернии. Только в 1800 году ему было разрешено поселиться в Москве.

Пётр Пален

В самом начале своего царствования император Павел никак не мог определиться со своим отношением к графу Петру Алексеевичу (Петру Людвигу) Палену (1745-1826). Вначале он сметил его с Курляндского генерал-губернаторства и назначил шефом кирасирского полка. Потом вовсе выгнал его с воинской службы за сношения с Платоном Зубовым (1767-1822), но вскоре простил и назначил его вначале шефом конно-гвардейского полка, а потом и генерал-губернатором Петербурга.
Когда Пален стал шефом конно-гвардейского полка, Павел всё время придирался к офицерам этого полка, часто сажал их на гауптвахту, да и Палену доставалось. Но один случай переменил отношение императора к Палену.
Павел за какой-то проступок наказал сына Палена, Петра Петровича (1778-1864), и отправил его на гауптвахту. Через некоторое время после этого Пален отдавал рапорт императору и выглядел спокойным и даже весёлым. Павел сказал ему:
"Мне досадно, что ваш сын сделал ошибку".
Пален ответил:
"Наказывая его, Ваше Величество поступили по справедливости, и это научит молодого человека быть внимательнее".
Павел пришел в восторг от такого ответа, и с этих пор дела Палена пошли в гору. Вскоре он стал пользоваться неограниченным доверием императора, и сохранял это доверие вплоть до убийства Павла, одним из организаторов которого был именно граф Пален.

Не перечьте императору

Как-то во время пребывания в Павловске императрица Мария Фёдоровна (1759-1828) почувствовала лёгкое недомогание, и врачи сказали, что ей в настоящее время вредна сырость. Дня через три после этого Павел предложил императрице прогуляться по парку. Та посмотрела в окно, увидела пасмурное небо и сказала:
"Я боюсь, что дождь пойдёт".
Тогда Павел обратился к графу Александру Сергеевичу Строганову (1733-1811):
"А вы как думаете?"
Граф ответил:
"Я вижу, Ваше Величество, что небо пасмурно, так что, по всем вероятиям, будет дождь, и даже скоро".
Павел взорвался:
"А, на этот раз вы все сговорились, чтобы мне противоречить! Мне надоело переносить это! Впрочем, я замечаю, граф, что мы друг другу более не подходим. Вы меня никогда не понимаете. Да, кроме того, у вас есть обязанности в Петербурге. Советую вам вернуться туда".
Строганов поклонился и ушёл, чтобы подготовиться к завтрашнему отъезду, но графу поспешили намекнуть, что императору угоден отъезд старого придворного сей же день.

Голос колокола

Павел, ещё будучи великим князем, посетил Вознесенский монастырь, которым управлял преосвященный Сильвестр. Сильвестр встретил Павла Петровича в воротах с колокольным звоном, и наследник заметил, что большой колокол-то разбит. Он обратился к Сильвестру с вопросом:
"Что вы не доносите матушке?"
Сильвестр ответил:
"Он сам просил за себя императрицу при посещении обители. Виноват ли я, что она не услышала его голоса, который громче моего".


Не все награды от меня

Когда Павел награждал обер-церемониймейстера Петра Степановича Валуева (1743-1814) орденом св. Александра Невского, он сказал ему:
"За погребение моей дочери (Ольги Павловны, 1792-1795) вы получили Анну. За погребение моей матери надеваю Александра. Не мне награждать вас Андреем".


Павел Петрович - наследник и император. Часть III


(Продолжение следует)

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: