Древний Китай в исторических анекдотах и преданиях. Часть XV


Анекдоты № 806 от 06.11.2015 г.




Наставления знаменитого художника

Знаменитый художник и поэт Ма Юань (конец XII в. – первая половина XIII в.) так наставлял своих сыновей:
"Обсуждать достоинства и недостатки других, судить о правильном и неправильном в политике – мне это более всего ненавистно. Лучше мне умереть, чем услышать о таком вашем поведении".
Он часто повторял кредо одного из своих братьев:
"В своей жизни ши [мудрый человек] пусть берёт одежды и пищи столько, сколько ему хватает, ездит в маленькой коляске, не заставляет лошадей нестись во весь опор, служит в областной управе, охраняет семейные могилы, чтобы в округе хвалили его. Так можно прожить. А требовать лишнего – только обременять себя".


Снова Го Тай

Я уже писал о странствующем мудреце Го Тае (второе имя Линьцзун, 127-169), который прославился не только умело раскрывая “затаившиеся таланты”, но и анализом проявившихся. Он говорил:
"Я ночью созерцаю горные образы, днём изучаю мирские события. То, что разрушается Небом, сохранить невозможно".

У него были два друга, Се Чжэн и Бянь Жан, о которых Го Тай говорил:
"Эти двое имеют с избытком талант героя. Как жаль, что они не следуют правильному пути!"
Действительно, через некоторое время они оба были казнены.
Обсуждая деловые качества различных людей, Го Тай проявлял известную осторожность, и в его биографии говорится, что
"хотя Линьцзун любил обсуждать людей, он не произносил острых речей о текущих событиях, и поэтому евнухи, захватившие власть, не смогли причинить ему вреда".

Своего друга и известного отшельника Хуан Сяна Го Тай характеризовал следующими словами:
"Необъятен, как море в десять тысяч цин. Дайте ему покой – и он не станет чистым. Возмутите его – и он не станет грязным. Его натура глубока и широка, измерить её трудно".

Фань Пан (137-169), боровшийся с засильем евнухов и погибший в тюрьме, так писал о Го Тае:
"Скрытен, но не избегает близости, целомудрен, но не порывает с пошлым светом. Сын Неба не может сделать его своим подданным, правители уделов не могут сделать его своим другом. Я не знаю, что он такое".


Сюй Шао

В Китае вместе с именем Го Тая часто вспоминают и другого открывателя талантов - Сюй Шао (150-195):
"В Поднебесной все, кто рассуждал о выдвижении на службу ши, славили Сюя и Го".
Сюй Шао не отвергал государственную службу, как Го Тай, но покинул столицу и стал чиновником “ведомства заслуг” в свой родной Жунани.
По словам биографа, в этой должности Сюй Шао
"поощрял преданных, отбирал справедливых, выдвигал добрых и отвергал злых".

В молодости Сюй Шао обошёл весь округ Инчуань и посетил всех “достойных мужей”. Он не был только у Чэнь Ши, а также проигнорировал похороны жены Чэнь Фаня. Когда Сюй Шао спросили, почему он так сделал, тот сказал:
"Чэнь Ши в своем поведении широк, а когда широк, трудно быть беспристрастным. Чэнь Фань по натуре узок, а когда узок, мало постигаешь".

Вскоре суждения Сюй Шао были признаны современниками, и он приобрёл такой большой авторитет, что о нём стали говорить:
"Если похвалит, взлетишь, как дракон. Если побранит, словно рухнешь в бездну".
В своём округе Сюй Шао вместе со своим двоюродным братом Сюй Цзином регулярно проводил процедуру личных оценок всех чиновников, и, как пишет биограф, он
"обсуждал достоинства людей округи и каждый месяц выносил им оценку. Так в Жунани возник обычай “ежемесячной критики”".

Как и Го Тай, Сюй Шао тоже искал и отбирал “притаившихся и незаметных” людей, чтобы привлечь их на службу согласно произведённой оценке. Он их выискивал на рынках и постоялых дворах, среди чиновников самого низкого ранга, а то и просто извлекал из безвестности.
Согласно легенде, полководец и фактический правитель империи Хань Цао Цао (155-220) потребовал, чтобы Сюй Шао оценил и его. Тот с большой неохотой молвил:
"Вы – подлый разбойник в спокойные времена и блестящий герой в смутный век".


Жестокость Чжао-синь

Роковые страсти кипели в резиденциях мелких правителей.
Князь округа Гуаньчжун по имени Цюй имел двух жён: Ван Чжао-пин и Ван Ди-юй. Во время болезни Цюя за ним ухаживала наложница Чжао-синь и добилась его благосклонности, на что обратили внимание его жёны. Однажды на охоте Цюй обнаружил в рукаве Ди-юй спрятанный кинжал. Во время допроса (с помощью розог) Ди-юй призналась, что они вместе с Чжао-пин решили из ревности убить Чжао-синь.
Чжао-пин призналась в заговоре только после применения раскалённого железа.
После проведённого расследования Цюй собственноручно отрубил голову Ди-юй и велел Чжао-синь убить Чжао-пин. Затем Цюй объявил Чжао-синь своей главной женой.
Новая главная жена всячески преследовала всех возможных соперниц. Когда ей показалось, что Цюй уделяет слишком большое внимание наложнице Тао Ван-цин, она донесла мужу, что та позировала обнажённой придворному художнику, а также обвинила её в прелюбодеянии.
Цюй поверил главной жене и велел выпороть Ван-цин, и чтобы другие женщины гарема кололи провинившуюся раскалёнными иглами. Ван-цин хотела утопиться в колодце, но Чжао-синь велела достать беглянку и собственноручно её прикончила, воткнув той во влагалище металлический стержень. Потом она отрезала нос, язык и губы у Ван-цин, а её труп приказала сжечь.
Когда же князь Цюй стал оказывать знаки внимания наложнице по имени Юн-ай, то Чжао-синь оклеветала и её. Бедняжка тоже попыталась утопиться в колодце, но и её достали и пороли до тех пор, пока она не призналась в прелюбодеянии. После этого обнажённую Юн-ай привязали к столбу и прижигали тело раскалённым железом. Видимо, этого показалось Чжао-синь недостаточно, потому что у Юн-ай вырвали затем глаза, маленькими кусочками срезали мясо с ягодиц и, наконец, залили ей в рот по приказу Цюя раскалённый свинец.
За сравнительно короткое время Чжао-синь приказала убить ещё четырнадцать женщин.
Когда император Восточной Вэй Сяо-цзин (524-552) узнал о проделках князя Цюя, он его сместил, а Чжао-синь была подвергнута публичной казни.
Кстати, князь Цюй очень любил, чтобы во время его попоек музыканты играли голыми.

Склонности императора У-ди

Император Западной Хань по имени У-ди (157-87, на троне с 141) правил очень долго. Он был явным гомосексуалистом, но императору был положен гарем, и он у него формально был.
Первые годы правления любовником императора был его друг детства Хань Ян, но несмотря на это У-ди поверил клеветническому доносу на своего любовника и казнил его.
После этого у императора стало два постоянных любовника, но один из них позволил себе развлечения с бедными брошенными дамами из гарема. Тогда другой любовник убил его, а разгневанному императору открыто объяснил причину своего поступка. Император разрыдался и ещё крепче возлюбил этого любовника.
Наконец, любовником императора стал кастрированный актёр Ли Янь-нянь, обладавший прекрасным голосом.
Как это ни странно, император вдруг привязался к сестре этого актёра, а после её смерти, если верить Роберту ван Гулику (1910-1967), сложил стихи в память о ней:
"Я больше не слышу шуршания шёлка её рукавов,
Пыль оседает на гладкие ступени её двора.
Её пустые комнаты одиноки и холодны,
Жёлтые листья накапливаются у зарешечённых дверей.
Как же мне не хватает этой восхитительной дамы!
Где же обретёт покой моё бесприютное сердце?"
Своему чародею Шао-вэну он велел вызвать дух умершей возлюбленной, и после сеанса У-ди был уверен, что видел её образ на шёлковой ширме.

Афоризмы

В заключение приведу некоторые высказывания китайских мыслителей различных эпох.
Чжуан-цзы (369?-286?) сказал:
"Пустота и покой, отсутствие образов и деяний – вот основа Неба и Земли, предел Пути и его жизненных свойств. Посему царственные предки и истинные мудрецы пребывают в покое. Будучи покойными, они пусты. Будучи пустыми, они наполнены".

Чжуан-цзы печально говорил:
"Верша нужна – чтоб поймать рыбу: когда рыба поймана, про вершу забывают.
Ловушка нужна – чтоб поймать зайца: когда заяц пойман, про ловушку забывают.
Слова нужны – чтоб поймать мысль: когда мысль поймана, про слова забывают.
Как бы мне найти человека, забывшего про слова, – и поговорить с ним!"

Мудрец Сюнь-цзы (313-238) сказал:
"Не слышать хуже, чем слышать.
Слышать хуже, чем видеть.
Видеть хуже, чем знать.
Знать хуже, чем действовать.
Учение исчерпывает себя, когда достигает действия".

Прославленный мудрец, отшельник и художник Чэнь Цзижу (1558-1639) еретически предсказывал:
"Человек покорит даже Небо. Если его воля сосредоточенна, а дух деятелен, то ни судьба, ни знамения не имеют над ним власти".


Древний Китай в исторических анекдотах и преданиях. Часть XIV


(Продолжение следует)

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: