Андроник Комнин: воин, заговорщик, бабник и любимец народа. Часть IX


Ворчалка № 615 от 14.05.2011 г.




Публично продемонстрировав свою любовь к юному императору Алексею II, Андроник Комнин следующий удар решил нанести по вдовствующей императрице Марии Антиохтйской, но действовал в этом случае он более артистично, утончённо.

Формально Империей теперь управляла Мария Антиохийская в качестве регентши при несовершеннолетнем императоре, однако реально всеми делами в государстве распоряжался Андроник Комнин, который постоянно стал жаловаться на противодействие императрицы. Вот как пишет об этом Никита Хониат:
"...желая прежде всего удалить мать царя от её сына и царя, он не переставал обвинять её и постоянно показывал вид, будто сам намерен удалиться, ссылаясь на то, что она самым очевидным образом идёт наперекор ему и противодействует всем его мерам и распоряжениям, предпринимаемым для блага общества и царя".
Андроник уверял всех, что ему придётся покинуть Константинополь, но в таком случае он не сможет уже обеспечивать безопасность юного императора.

С другой стороны, сторонники Андроника Комнина стали распространять в народе слухи о том, что императрица, как иностранка, собирается передать власть в руки ненавистных латинян. Негодующие толпы народа стали собираться у дворца патриарха, тогда им был ещё Феодосий, чтобы он начал расследование преступных дел императрицы. С каждым днём толпы черни вели себя всё более наглым образом, так что патриарх Феодосий, опасаясь за свою жизнь, согласился организовать следствие над императрицей, а для объективности расследования её следовало удалить из дворца и изолировать от сына.

Осуждение императрицы казалось неминуемым, однако нашлись три человека, которые воспротивились такому беззаконию, это были Димитрий Торник, Лев Монастириот и Константин Патрин. Императрицу обвиняли в сношениях с иностранцами и в том, что она собиралась передать часть земель империи врагам. Говоря современным языком, её обвиняли в шпионаже в пользу иностранных государств со всеми вытекающими отсюда последствиями. Так что сталинские прокуроры, оказывается, неплохо знали историю, по крайней мере, Византии, и извлекали из неё полезные уроки.
Когда от этих судей потребовали высказать своё мнение по поводу возводимых на императрицу обвинений, они поинтересовались
"с согласия ли и определения Самодержца состоялось это совещание, собрание и рассуждение о предлежащем деле".
Такая строптивость данных судей вызвала "праведное" возмущение народа, который чуть их не растерзал, однако всё закончилось только многочисленными побоями.

Когда императрица Мария была удалена из дворца, многие из знатных лиц империи стали опасаться за свою безопасность и попытались объединиться для устранения Андроника Комнина. Во главе заговора стали Андроник Ангел и Андроник Контостефан, у которых, по словам Никиты Хониата, насчитывалось шестнадцать сыновей,
"все - в полном цвете лет и обнажавшие меч на войне".


К этому заговору примкнули многие знатные вельможи, но о нём вскоре узнал и Андроник Комнин и решил немедленно покарать заговорщиков.
Однако Андронику Ангелу со своими сыновьями удалось скрыться от императорских сыщиков, так как они жили вдалеке от центра города у земляных ворот:
"Случайно напавши на небольшую лодку, наполненную пустыми кувшинами, он выбросил их в море, как негодные вещи, а сам с детьми вошел в неё и кое-как уплыл от опасности".


Другим участникам заговора повезло меньше. Андроник Контостефан с сыновьями были схвачены и ослеплены, также как и некоторые другие участники заговора. Многие заговорщики были брошены в тюрьмы, равно как и множество людей, чьё возможное участие в заговоре не было подтверждено следствием, лишь на основании неопределённых слухов.

Подавив крамолу в столице, Андроник Комнин продолжил добиваться осуждения императрицы. В состав судей теперь были включены только те лица, в лояльности которых Андроник Комнин мог не сомневаться. Судьи обвинили императрицу Марию в сношениях с венгерским королем Белой и в том, что она побуждала того разрушить несколько пограничных крепостей и присоединить к Венгрии захваченные земли.

После таких обвинений Марию Антиохийскую перевели в монастырь св. Диомида и поместили её в самую тёмную и сырую келью. Во время заключения императрица постоянно подвергалась издевательствам со стороны своих тюремщиков: её часто избивали, морили голодом или не давали воды. Марии всё время казалось, что в любой момент в её камеру войдёт убийца с ножом, и так бы всё и случилось, но... Для казни императрицы требовалась санкция императора, а просто отравить Марию Антиохийскую Андроник Комнин уже не хотел, так как любая непонятная смерть изобличала бы его как убийцу матери императора.

Предыдущий состав обвинителей что-то недоработал, так что пришлось Андронику Комнину снова собирать обвинителей и судей. Сам он на собрании "народных представителей" не присутствовал, но задал им один вопрос: какого наказания заслуживает человек, который намеревался передать врагам города и земли Империи. После недолгого обсуждения судьи передали Андронику Комнину письменное решение о том, что таких людей следует предавать смертной казни.

Получив эту бумагу, Андроник Комнин приказал составить документ, приговаривающий Марию Антиохийскую к смертной казни за измену государству. С этим приговором он пришёл к императору Алексею II и стал уговаривать мальчика подписать смертный приговор своей матери для блага Империи. Мальчик плакал, долго отказывался, но его дядя сумел настоять на своём. Плакала и малолетняя невеста императора Анна, но Андроник погладил её по головке и сказал, что девочку никто здесь не обидит.

Привести этот приговор в исполнение Андроник Комнин поручил своему старшему сыну Мануилу и брату жены Георгию, но встретил совершенно неожиданное сопротивление: оба порученца заявили, что они и раньше были против осуждения императрицы, и теперь не собираются участвовать в таком богопротивном деле, убивая невинную женщину.
Андроник Комнин разгневался, и Никита Хониат так описывает его реакцию:
"Андроник, поражённый как громом этими, совершенно неожиданными для него, словами, стал крепко крутить своими пальцами волоса своей бороды; глаза его горели огнём и он, то склоняя голову, то поднимая её, горько оплакивал свою несчастную судьбу и много раз громко жаловался, что в его самых близких друзьях нет кровожадности и готовности, по одному мановению, броситься на убийство".


Однако в желающих выслужиться перед новым правителем недостатка не было, так что через несколько дней Константин Трипсих и евнух Птеригионит задушили несчастную Марию Антиохийскую в её темнице. Перед смертью императрице показали приговор, подписанный её сыном. Бывшей первой красавице Империи не исполнилось ещё и тридцати пяти лет, её тело закопали в песке где-то на берегу моря.
Андроник был очень доволен содеянным и приказал уничтожить все портреты Марии Антиохийской, чтобы искоренить всякую память о ней.

Все в окружении императора понимали, что теперь наступает очередь малолетнего императора, и начался розыгрыш очередного действия этого спектакля.
Вначале надо было объявить Андроника Комнина соправителем Алексея I, и в начале сентября 1183 года в государственном совете стал обсуждаться вопрос о мятежах в Империи: восстала Вифиния, и в Никее восставших возглавили Исаак Ангел и Феодор Кантакузин, а в Прузе восставших возглавил Феодор Ангел. Справиться с этими мятежами может только умудрённый полководец, а не юноша, а потому следует избрать Алексею II соправителя, который сможет справиться с встающими перед государством задачами,
"выполняя предначертание с большею силою и полномочнейшею властью".


Все присутствующие стали шумно выражать своё одобрение такому предложению и закричали, что
"это предложение - предмет давнишнего их желания, что теперь не время долее откладывать, и что они готовы употребить даже силу, если их убеждения не будут иметь успеха".
Так написал Никита Хониат.
Надрываясь от одобряющих сие дело криков, все присутствующие завели:
"Алексею и Андронику, великим царям и самодержцам римским, Комнинам, многие лета".
Запомним порядок оглашения имён.

Моментально известие об этом разнеслось по улицам Константинополя, в постановщиках спектакля недостатка не было, - так что вскоре городские улицы и площади были заполнены ликующими толпами танцующего от восторга народа.

Среди всеобщего ликования Андроник Комнин перешёл во Влахернский дворец. Привлечённый сильным шумом, к радующейся во дворце толпе вышел император Алексей II. Узнав, в чём дело, и увидев, что почти все присутствующие упрашивают Андроника Комнина стать соправителем и помощником Алексея II, юный император вынужден был поддаться ходу событий и сам начал слёзно упрашивать своего дядюшку стать соимператором и править вместе с ним.

В такой обстановке Андроник Комнин позволил себе немного расслабиться и пошутить, сказав, что он не может принять на себя подобную ответственность. Такое заявление народного любимца вызвало новый взрыв энтузиазма среди присутствующих. Андроника Комнина подняли на руки и силой усадили на престол, вопреки его сопротивлению. Его даже обрядили в некое подобие императорских одежд, и Андроник Комнин согласился уступить воле народа; но пока это всё была лишь народная самодеятельность.

На следующий день в храме св. Софии состоялось венчание Андроника Комнина на царство. Это был один из немногих дней, когда Андроника видели весёлым. После торжественной церемонии Андроник Комнин с растроганным видом поднял руки и поклялся, что
"он принял царскую власть единственно из желания помочь ему и поддержать его власть, указывая при этом на стоявшего тут царя и племянника своего Алексея".
Всем просителям Андроник обещал скорую перемену дел к лучшему.

Летописец отметил одну странность в поведении нового императора в день коронации. Выйдя из храма св. Софии, Андроник Комнин сел на своего коня и поехал во дворец, но обычно свежеиспечённые императоры ехали медленно, со множеством остановок, а новый император пустил своего коня вольным шагом. И сразу же по столице поползли различные слухи о причинах такого поведения императора Андроника I.

Андроник Комнин: воин, заговорщик, бабник и любимец народа. Часть VIII

(Продолжение следует)

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: