Луций Корнелий Сулла: попытка портрета диктатора. Часть XX. Дела диктатора Суллы (продолжение)


Ворчалка № 921 от 29.03.2018 г.




Завершая разговор о проскрипциях, следует отметить, что даже некоторые из враждебно настроенных к Сулле древних авторов отмечают умеренный характер его репрессий. Так Саллюстий (86 г. до Р.Х. - 35 г. по Р.Х.) писал:
"Луций Сулла, которому, в соответствии с законом войны, победа давала все права, хотя и понимал, что смерть его врагов могла усилить его партию, однако уничтожил только небольшое количество и предпочел удержать остальных благодеяниями, нежели террором".


Позднее даже Блаженный Августин (354-430) в своём сочинении "О граде Божьем" тоже отмечал:
"Конечно, количество жертв удручало людей, но всё же их утешало то, что количество было ограничено".


Конфискованное имущество проскрибированных, а также тех, кто с оружием в руках выступал против Суллы с 83 года, становилось государственным достоянием и продавалось на общественных аукционах. Но эту процедуру также следовало закончить до 1 июня 81 года, а объёмы продаваемого имущества были огромными.
Сулла и сам приобрёл кое-что для себя, а также для членов своей семьи, но никто никогда не упрекал его в прямом стяжательстве. Однако своим сторонникам Сулла не ставил никаких ограничений, и поэтому такие его сподвижники, как Красс, Помпей или Лепид смогли составить себе огромные состояния. Последнему, впрочем, немало помог Помпей.
Сулла же иногда вмешивался в подобные распродажи, чтобы особо отличившиеся его сторонники могли получить понравившуюся им собственность.

Средняя цена, приобретавшегося на этих распродажах имущества, составляла около одной десятой их реальной цены, как выяснилось уже при последующем рыночном перераспределении конфискованного имущества.
В качестве примера часто приводят одного из центурионов Суллы по имени Луций Лусций, который через десять лет после смерти диктатора обладал состоянием в 10 миллионов сестерциев. Но это совсем не значит, что он накупил недвижимости за бесценок.
Известно, что Лусций доставил головы трёх проскрибированных, и за каждую из них он получил около 49 000 сестерциев. Как центурион, он мог получить и некоторую долю от военной добычи Суллы. Обладая начальным капиталом, этот Лусций, вероятно оказался удачливым дельцом и сумел за десять лет сколотить приличное состояние, хотя кое-какую недвижимость он, несомненно, прикупил.

Откуда мы знаем о количестве отрезанных голов, которые доставил Луций Лусций?
Дело в том, что когда Катон и Цезарь начали преследовать активных участников сулланских проскрипций, они обнаружили в архиве квесторов подробные записи того, кто, сколько и за что получил деньги. Преследовать этих людей за убийства было невозможно, так как они действовали в рамках закона, но Катон с Цезарем постарались доставить бывшим сулланцам множество неудобств, выдвигая против них различные обвинения в попытке привлечь тех к суду.
Лидеры Второго Триумвирата учли ошибки Суллы и обещали активистам своих репрессий полную анонимность: деньги им выплачивались, но в реестры никаких сведений об этих расходах не заносилось.

1 июля 81 года вакханалия распродаж закончилась, и многие семьи репрессированных умудрились сохранить часть своего имущества из-за того, что его не успели продать или даже просто инвентаризировать. Имущества-то оказалось очень много, а время для его реализации Сулла жёстко ограничил.

Среди активной законотворческой деятельности и по мере наведения порядка в Республике, Сулла нашёл время, чтобы отпраздновать несколько триумфов. Но это были, упаси Боги, триумфы не в честь побед над соотечественниками в гражданской войне. Нет, это были триумфы в честь побед над внешними врагами Рима.

Вначале Сулла отпраздновал свой триумф в честь победоносной войны против Митридата; торжества затянулись на два дня — 29 и 30 января 81 года. Впрочем, из-за обилия захваченной добычи так и было задумано первоначально.

Первый день триумфа был посвящён демонстрации трофеев, захваченных победоносной армией Суллы в Греции и в Азии за всё время войны с Митридатом. Показ добычи и сокровищ сопровождался показом изображений всех наиболее важных сражений и осад городов этой войны. Это были и живописные изображения боевых действий, и макеты крепостей, и скульптурные изображения наиболее известных врагов.
Следует отметить, что в этом показе отсутствовали эпизоды связанные с захватом городов, населённых италиками.
Победоносные солдаты сопровождали каждый подобный эпизод скабрезными комментариями.

Помимо различных произведений искусства и других ценных изделий солдаты Суллы продемонстрировали поражённым гражданам 15 000 фунтов золота и 115 000 фунтов серебра.
Римский фунт (либра) равен 327,45 грамма.
Показанные народу сокровища сразу же поступали в государственное казначейство Республики, где их скрупулёзно фиксировали.
Добычу, которая не могла быть быстро монетизирована, следовало посвятить различным божествам или пустить в продажу.

На второй день триумфа в роскошной квадриге через город проехал сам Сулла в сопровождении тех своих военачальников, которые в эти дни смогли присутствовать в Риме. Его сопровождали не только ликующие офицеры и солдаты, распевавшие различные куплеты о триумфаторе и его делах, но и множество знатных изгнанников. Некоторые из них сразу же последовали за Суллой при его отъезде из Италии, другие бежали к его армии во время марианских репрессий, а третьи присоединились к Сулле после его возвращения в Италию. Но все они шествовали вместе с офицерами победоносной армии и воздавали благодарности триумфатору.

Сулла этой демонстрацией показал, что он не только захватил для Рима громадную добычу, но и вернул Республике несправедливо изгнанных граждан. Во время триумфа это был один из косвенных намёков на победу в гражданской войне над популярами.
Другим подобным намёком следует считать показ на второй день триумфа сокровищ, захваченных в Пренесте. Плиний Старший утверждал, что Гай Марий-сын вывез в Пренесте 14 000 фунтов золота и 6 000 фунтов серебра: вот эти-то сокровища Сулла и показал народу, правда, без указания, откуда они к нему поступили.

Плутарх в жизнеописании Суллы так изобразил триумф нашего героя:
"Захваченная у Митридата добыча, великолепная и дотоле невиданная, придавала триумфу Суллы особую пышность, но ещё более ценным украшением триумфа и поистине прекрасным зрелищем были изгнанники. Самые знатные и могущественные из граждан, увенчанные, сопровождали Суллу, величая его спасителем и отцом, потому что и вправду благодаря ему вернулись они на родину, привезли домой детей и жён".


После окончания триумфальных торжеств Сулла собрал на Форуме народное собрание и выступил перед ним с речью, в которой он кратко перечислил все свои действия, подчёркивая, главным образом, благосклонность богов и судьбы, которые позволили ему добиться подобных успехов. Сулла перечислил все чудеса и предзнаменования, сопутствовавшие его действиям на войне с Митридатом и при наведении порядка в государстве. Закончив этот перечень, Сулла попросил о присвоении ему когномена Felix (и приносящий счастье, и удачливый, и благословенный богами).
Он начал так называть себя после взятия Пренесте, но теперь ему присвоили данный когномен официально. Ведь в глазах римлян удачливость, то есть благосклонность богов, были главными качествами успешного военачальника и политика.

Закончил своё выступление Сулла обещанием построить храм, посвящённый Венере Феликс, но мы так и не знаем, осуществил ли диктатор своё намерение.
Сенат решил своеобразно почтить победоносного диктатора: перед рострами на прямоугольном постаменте была установлена конная статуя Суллы. Статуя была изготовлена из бронзы и позолочена, а на постаменте выбили надпись:
"Луций Корнелий Сулла Феликс, император".
Впервые гражданин Римя был удостоен подобной почести.

Не забыл диктатор и о своих полководцах. К удивлению многих римлян Сулла разрешил Помпею, недавно вернувшемуся из Африки, отпраздновать свой триумф за победу над нумидийцами, которые были союзниками марианцев в Африке - ведь за победы над согражданами триумфы не положены. А удивление сограждан вызвал тот факт, что триумф справлял молодой человек 24 лет от роду, ещё не занимавший ни консульской, ни даже преторской магистратуры.
Плутарх в жизнеописании Суллы приводит совершенно сказочную историю этого триумфа, и любознательных читателей я смело отсылаю туда.

Скорее всего, все байки о своём могуществе, о том, что диктатор вышел ему навстречу за городские стены, обнял и прилюдно назвал Великим, были сочинены самим Помпеем уже в шестидесятые годы, когда он активно ввязался в политическую борьбу. Когномен Великий, присвоенный самим Суллой — это звучало гордо! И всё окружение Помпея быстро усвоило, что своего шефа следует публично и приватно называть Великим. Так и пошло...

Триумф Помпея праздновался 12 марта 81 года, и это событие чуть было не началось с конфуза. Полководец непременно хотел, чтобы его триумфальную колесницу везла четвёрка слонов, но в последний момент выяснилось, что слоны просто не смогут физически пройти через триумфальную арку, так что пришлось Великому смириться с обычными конями.

Помимо триумфа Помпей получил в жёны Эмилию Скавру, падчерицу Суллы, правда, до сих пор не совсем ясно, когда состоялась их свадьба — в 82 году или в 81? Чтобы устроить подобный брак, Сулла заставил Помпея Великого развестись со своей женой с 86 года Антистией, а Эмилию Скавру развёл с Манием Ацилием Глабрионом, который являлся сторонником Мария, но не был репрессирован. И это несмотря на то, что Эмилия была в это время уже беременной от своего мужа. В Риме подобные пустяки никого не смущали, но брак между Помпеем и падчерицей Суллы оказался очень коротким, так как Эмилия Скавра вскоре умерла во время родов вместе с младенцем.

В том же 81 году триумф отпраздновал Гай Валерий Флакк, консул 93 года. В качестве проконсула он несколько лет управлял Ближней Испанией и успешно воевал с кельтиберами, затем он управлял Трансальпийской Галлией, одержав несколько побед над варварами, а его солдаты провозгласили своего полководца императором. В гражданские смуты на родине Флакк не вмешивался и не спешил возвращаться в Италию.
Когда в 83 году вернулся Сулла, он сразу же перешёл на его сторону и помог сулланцам в провинциях и в северной Италии.
Естественно, что победоносный полководец был удостоен триумфа за победы над кельтиберами и галлами.

Ещё один триумф в 81 году справил Луций Лициний Мурена, которого Сулла в 85 году оставил в ранге пропретора командующим римскими войсками в провинции Азия. Сначала Мурена не слишком удачно боролся с пиратами, но его армия постоянно требовала добычи, которую добыть в операциях против морских разбойников не удалось.
Тогда Мурена на свой страх и риск развязал войну с Митридатом, которая теперь известна в качестве Второй Митридатовой войны. Митридат пожаловался Сулле на действия его полководца, но Сулла негласно дал понять Мурене, что одобряет его действия. Действительно, ведь солдатам надо было как-то содержать самих себя.
Боевые действия продолжались два года с переменным успехом и закончились очередным перемирием с царём Понта, но кое-какую добычу армия Мурены сумела доставить в Италию. За свои подвиги в войне с Митридатом (непобеждённым противником!) Мурена был награждён триумфом — надо было чем-то порадовать верного сторонника.

Луций Корнелий Сулла: попытка портрета диктатора. Часть XIX. Дела диктатора Суллы

(Продолжение следует)

Последние выпуски Анекдотов:

Последние выпуски Ворчалок: